Дом Григория Андреевича Петражицкого на Театральной площади

Дом Григория Андреевича Петражицкого на Театральной площади

В Ярославле на площади Волкова, слева от театра, стоит дом, известный как «Дом Петражицкого».

Дом Петражицкого – яркое воплощение увлечения хозяина формами ренессанса и барокко. Дом отличает богатство отделки фасадов лепными украшениями. Наибольшую привлекательность ему придает оформление угла круглым эркером, который поддерживает скульптурная группа. Он завершается типично барочным куполом. Этот прием, крайне редко встречающийся в архитектуре Ярославля, делает это здание особенно ценным и уникальным.

 Григорий Андреевич Петражицкий

Григорий Андреевич принадлежал к старинному дворянскому роду Петражицких(Петрожицких), происходившего из мест, сегодня относящихся к Белоруссии. Ветвь рода, к которой принадлежалГ. А. Петражицкий, была записана в шестую часть родословной книги Минской губернии, однако его отец Андрей Игнатьевич(1818−1897) по какой-то причине в книге не значился, что потом стоило Григорию Андреевичу множества хлопот при восстановлении документов на дворянство.

Родился Г. А. Петражицкий в Полтавской губернии, где его отец служил управляющим имением. Воспитание и образование получил домашнее тщанием матушки Натальи Афанасьевны. В 1881 году недолгое время находился в местном ополчении, потом поселился в Харькове. В Ярославль приехал в 1887, снял квартиру и на Власьевской улице в доме Лобанова открыл фотоателье.

15 апреля 1887 года во Власьевской церкви были«венчаны православные: неслужащий дворянин Харьковской губернии Григорий Андреевич Петрожицкий, 27 лет, с болгарскою девицею из г. Клисуры Таисиею Ивановою Ожикалевою, 17 лет. Оба первым браком». Таисия Ивановна была воспитанницей«Болгарского приюта», открытого в Ярославле 30 сентября 1877 года на деньги Прасковьи Алексеевны Соболевой, пожертвовавшей на это десять тысяч рублей. Ещё шесть тысяч внесла Анна Андриановна Виноградова. На процент с этого капитала и содержался приют. В нём воспитывались десять девочек-сирот из Болгарии и Сербии, родители которых погибли во время русско-турецкой войны 1877−1878 годов.П. А. Соболевасама отобрала девочек для своего приюта. Он размещался на Голубятной улице в специально отведённом для этого доме, при котором имелись все необходимые хозяйственные службы и небольшой сад. Попечителем приюта стал Николай Николаевич Соболев, а законоучителем — священник Власьевской церкви отец Константин Крылов.

Через девять месяцев после свадьбы — 27 января 1888 года — у молодых родилась дочь Мария, 20 июля 1892 — сын Борис, 25 декабря 1893 — сын Георгий. В июне 1894 года Петражицкий приобрёл за 10 тысяч рублей двухэтажный дом на Театральной площади.

Первое каменное здание на этом месте появилось после утверждения в 1778 г. Регулярного плана Ярославля. Можно предположить, что дом без особых изменений простоял здесь около ста лет, хотя в большинстве книг пишется, что в 1875 г. он был перестроен и получил свой сегодняшний облик. Авторы таких утверждений не ссылаются ни на какие источники, кроме архива БТИ, по данным которого 1875 г. значится…годом постройки здания. Однако это утверждение опровергается данными реставраторов, установивших, что угловая часть дома сложена из большемерного кирпича, изготовленного в конце XVIII в. Возможно, в 1875 г. был проведен серьезный капитальный ремонт дома, и эту дату зафиксировали как год строительства. Есть также версия, что до 1875 г. дом был одноэтажным. Единственный раз этот дом попал в объектив фотографа таким, каким он был до перестройки по заказу Петражицкого. Тогда он был двухэтажным, а строился, скорее всего, по одному из типовых проектов. Как отмечал В. Ф. Маров, «жилая рядовая застройка Ярославля конца XVIII в. выполнялась, как правило, по «образцовым» фасадам, разработанным в Петербурге. План дома и его размеры определял заказчик, исходя из своих запросов и финансовых возможностей; он был обязан лишь соблюдать архитектурное оформление фасада согласно типовому чертежу. Архитектурному облику улиц тогда придавалось первостепенное значение. Но при исполнении в натуре «образцовые» фасады часто сильно упрощались, сказывалось не только отсутствие строительных навыков, но и подчас неумение читать чертежи. Все архитектурные детали выполнялись в кирпиче, а не в штукатурке. Это огрубляло классический рисунок, но придавало постройкам какую-то особую провинциальную наивность и простоту».

В 1840-х годах домом владел московский мещанин Игнатий Панов, в 1870-х – наследники купца Соломона Мишеля. В это время здесь помещались контора нотариуса Несытова и кондитерская. Затем хозяином стал отставной унтерофицер Павел Васильевич Надеинский. У него-то Петражицкий и купил этот дом.

Для многочисленного семейства приобретенный дом был тесен. Поэтому Григорий Андреевич сразу же взялся за масштабную перестройку. 23 июля Петражицкий обратился в Ярославскую городскую управу с прошением: «Желая надстроить на двухэтажный каменный дом третий этаж для помещения фотографии. И через три дня управа уже дала добро на реализацию проекта. Планы и фасады, подписанные новым городским архитектором Александром Никифоровым, сохранились в Государственном архиве Ярославской области. Проектируя третий этаж, он, видимо, не собирался кардинально переоформлять фасад старого дома. На проекте уже есть круглый эркер, но нет ни кариатид, ни пышной лепнины. Зато южная стена и крыша фотостудии на третьем этаже запроектированы стеклянными.

Новый дом Петражицкого стал лучшей рекламой для его фотосалона, его визитной карточкой.

Завидное место (на центральной площади возле театра), экстравагантная студия, относительно невысокие цены – все это привлекало клиентов. На первом этаже открыл типографию и переплетную мастерскую.В то время книги, отпечатанные в Москве и Петербурге, рассылали по России без переплётов, а на местах читатели заказывали переплёт по своему вкусу и кошельку.

           
                          

Дела Петражицкого шли настолько хорошо, что он мог позволить себе выполнение бесплатных фотосъёмок. В мае 1898 года за «безвозмездное снятие с арестантов фотографических карточек» ему был всемилостивейшее пожалован орден Святого Станислава 3-й степени. А в июне того же года приказом губернатора его зачислили на службу в канцелярию тюремного отделения Ярославского губернского правления. Впрочем, служба эта исправлялась им без всякого содержания.

В 1901 году Петражицкого избрали гласным Ярославской городской Думы. Работа в Думе также никак не оплачивалась. Тем не менее, Петражицкий был членом нескольких комиссий, что предполагало немалую нагрузку. Среди своих коллег по думе он не выглядел богатеем. Так, за свой дом он в 1901 году платил имущественный налог 2 500 рублей в год. Для сравнения: городской голова И.А. Вахромеев со своей недвижимости платил налог почти 70 тысяч, гласные Н. Н. Вахрамеев — 63 тысячи,И. Н. Соболев — 28 тысяч, П. А. Салов — 24 тысячи, А.П. и Н. П. Ерыкаловы — по 22 с половиной тысячи, А. Г. Лопатини П. А. Пошехонов — по 18 тысяч. В думе Петражицкий отработал четыре созыва — 16 лет!

Вообще круг его интересов был необычайно широк. Он увлекался охотой, интересовался лошадьми. Собрал коллекцию минералов. На Волге он держал яхту. Интересовался Григорий Андреевич нумизматикой, собирал памятные медали Российской империи.

В январе 1904 года в семье родилась младшая дочь — Александра. И вскоре Петражицкий вновь решил заняться строительством.  6 июня 1906 г. Петражицкий обращается вновь  в городскую управу для того, чтобы получить разрешение пристроить к существующему каменному 3-х этажному дому таковое же 2-х этажное жилое помещение и построить каменные 1-о этажные службы на принадлежащей мне земле и состоящей в 1-й части города Ярославля 27 кв. на углу Большой Даниловской и Стрелецкой улиц.

В процессе строительства пристройка из двухэтажной трансформируется в трехэтажную, и дом приобретает тот вид, в каком он дошел до наших дней. Новая часть дома оформлена гораздо скромнее. «Два окна здесь значительно шире других – почти квадратные, угол закреплен лопаткой, первый этаж рустован. Наличники окон повторяют мотивы правой части фасада: ленточные – на первом этаже, с прямыми сандриками и узкими пилястрами – на втором, с “плечиками” – на третьем, но все они лишены лепных украшений». В новой пристройке снимает квартиру и устраивает студию еще один ярославский фотограф – М. Я. Бобров.

С 1907 по 1911 год под окнами дома Петражицкого кипит стройка. Сначала рабочие разбирают старый театр, пришедший в аварийное состояние, затем вырывается огромный котлован, закладывается фундамент. Григорий Андреевич не только наблюдает за тем, как идут работы: как член Театральной комиссии он активно участвует в обсуждении проектов, принятии решений по организации строительства. В сентябре 1911 года здание театра торжественно открывается для публики.

О дальнейшей жизни Григория Андреевича и его детей известно не очень много.

Г.А. Петражицкий с детьми.

Борис, окончив гимназию,  поступил на физико-математический факультет Московского Императорского университета. Во время учёбы снимал комнату на углу Тверской и Садовой улиц. 18 апреля 1912 в 2 часа 25 минут ночи помощник пристава 2-го участка Арбатской части штабс-капитан Шершнев произвёл у него обыск. Ничего существенного при этом найдено не было. Однако 27 апреля отдельного корпуса жандармов ротмистр Орлов вызвал Бориса на допрос. На предложенные Орловым вопросы он рассказал следующее: «Родился я в гор. Ярославль, там и окончил гимназию, родители мои живут в Ярославле, имеют там недвижимость и два предприятия — типографию и фотографию. Ни к какой политической партии я не принадлежу, в бытность мою учеником Ярославской гимназии я ни в какой гимназической организации не участвовал. Химией я совсем не занимался и её не знаю, я занимался физикой и главным образом — электричеством. Сейчас занимаюсь чистой математикой и сдаю её, а не физику и химию. Политикой никогда не занимался». С чем связаны обыск и допрос — из протокола, хранящегося в Государственном архиве Российской Федерации, непонятно. Судя по тому, что охранка интересовалась химическими познаниями Бориса, искали следы какой-нибудь лаборатории, где бомбисты готовили взрывчатку.

В том же 1912 году, 9 мая, в Благовещенской церкви на Тверской Борис обвенчался с Матроной Артемьевной Васильковой, крестьянкой Черниговской губернии, которая была его старше на три года. Но счастье молодых оказалось недолгим: через несколько месяцев после свадьбы Матрона Артемьевна скончалась.

Борис завершил учёбу в университете только в 1918-м. Поскольку он увлекался аэросанями и автомобилями и стал в этом деле специалистом, во время Первой мировой войны его привлекли к преподаванию на шофёрских курсах, готовивших водителей для армии. Увлечение автомобилями во многом определило и его дальнейшую судьбу.

Весной 1917-го под окнами дома Петражицкого забурлила общественная жизнь: после отречения Николая II митинги и демонстрации по разным поводам проходили на Театральной площади еженедельно. Всем казалось, что с падением ненавистного самодержавия наконец-то пришла долгожданная свобода. Иллюзии рассеялись в июле 1918 г., когда в Ярославле вспыхнул антибольшевистский мятеж и народная власть в течение двух недель артиллерийским огнем методично уничтожала город. Шрапнель попадала и в окна дома Петражицкого, застревая в стенах и мебели. Как рассказал правнук Г. А. Петражицкого Борис Григорьевич-младший, от родственников он слышал, что на глазах Таисии Ивановны одним из разрывов оторвало голову служившей у них горничной.

Весной 1919-го президиум Ярославского губернского исполнительного комитета утвердил порядок муниципализации городской недвижимости, в соответствии с которым 10 мая домовладение у гр-на Петражицкого было изъято. Семье оставили только четыре комнаты.

Тогда же Борис женился на Надежде Степановне Вахрамеевой, у которой были четыре дочери от первого брака. Борис взял на себя заботу о всех девочках. В Норском он купил деревянный дом из пяти комнат и переехал туда с женой и детьми, хотя в родительском доме был прописан ещё и в 30-е. 12 сентября 1923 года у Бориса Григорьевича и Надежды Степановны родился мальчик, которого назвали в честь деда Григорием. Но Григорий Андреевич внука не увидел. 9 февраля 1922 года он скончался от кровоизлияния в мозг и был похоронен на Леонтьевском кладбище.

Таисия Ивановна вместе с младшей дочерью Александрой уехала в Ялту, где муж Александры Матвей Васильевич Шмидт заведовал опытной семенной станцией в Никитском ботаническом саду. В результате многолетних опытов на станции под его руководством был выведен Ялтинский сорт красного лука, который с тех пор стал такой же гордостью Крыма, как знаменитые массандровские вина. В августе 1941 года управление НКВД по приказу из Москвы провело депортацию проживавших в Крыму немцев подальше от приближавшегося фронта. Матвея Шмидта, который был этническим немцем, его жену Александру Григорьевну, тёщу и сыновей Ростислава(1923) и Юрия(1938) вместе с другими семьями погрузили в теплушки и отправили в Казахстан. 70-летняя Таисия Ивановна не выдержала этого пути и в дороге скончалась. А семью Шмидтов вскоре отправили ещё дальше на восток — в столицу Тувы Кызыл.

Мария Григорьевна, старшая дочьГ. А. Петражицкого, в 1910 года вышла замуж за представителя известного купеческого рода Ерыкаловых. В 1914-м мужа Марии призвали в армию и он погиб на фронте. Мария Григорьевна жила в Норском, преподавала в школе № 17 немецкий язык. Младший сынГ. А. ПетражицкогоГеоргий Григорьевич с женой Татьяной Константиновной жили в Ленинграде, во время войны оказались в блокаде и в 1942 году умерли от голода. Детей у них не было.

Борис Григорьевич Петражицкий с женой и детьми много лет жил в купленном им в Норском доме. В семье существует легенда, что за этот дом он отдал в 1919 году охотничье ружье«Зауэр» и кольцо с каким-то камнем. В Ярославле Борис был человеком известным, работал на автозаводе главным инспектором технического контроля, одним из первых в городе завел собственный автомобиль, принимал активное участие в создании в 30-е годы двухэтажного троллейбуса. Хотя в списках заводского отдела кадров он числился«социально чуждым», репрессии его миновали. А вот Надежду Степановну органы своим вниманием не оставляли, несколько раз даже арестовывали. В 1937-м она умерла в возрасте 51 года. Борис Григорьевич скончался в 1957 году и был похоронен возле любимой супруги на кладбище в Норском. Там же, рядом с матерью, покоятся её дочери Ольга и Елизавета.

Григорий Борисович Петражицкий сразу после окончания школы в 1941-м ушёл добровольцем в армию. После ускоренных трёхмесячных артиллерийских курсов принимал участие в боях под Москвой. В 1942-м его направили на Дальний Восток, где была велика опасность нападения японцев. Однако боевые действия там начались только после капитуляции Германии. Так что для Григория Петражицкого война закончилась в Маньчжурии в сентябре 1945 года. Демобилизовавшись в 1946-м, он поступил в Московский авиационный институт, затем окончил аспирантуру, защитил кандидатскую и докторскую диссертации, много лет преподавал в МВТУ имени Баумана.

Сыновья Г. Б. Петражицкого — Борис Григорьевич-младший и Андрей Григорьевич — окончили МВТУ, живут в Химках, Борис работает начальником отдела в НПО имени Лавочкина, Андрей служит в полиции. У обоих есть дочери, а у Бориса — ещё и сын, Григорий Борисович-младший, продолжатель старинного дворянского рода Петражицких.

Дом Петражицкого на площади Волкова за прошедшие сто с лишним лет практически не изменился. После муниципализации в 1919 г. в нем устроили коммунальные квартиры, а в 2005-м всех жильцов расселили и квартиры переделали в торговые помещения.


Все сто лет в доме работал фотографический салон. Есть он и сейчас. Только вот снимки на паспарту с золотым тиснением«Фотографiя Г. А. Петрожицкаговъ Ярославле» сегодня можно найти лишь у филокартистов.

Мария Тевяшова,  средняя школа №29

Галерея изображений

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***
14 мая | 69 просмотров